ENG:This book investigates the connections between knowledge production and policy formation on the Kazak steppes of the Russian Empire. Tsarist officials were desperate to obtain reliable information about the unfamiliar environment and population of the steppe. This thirst for knowledge created opportunities for Kazak intermediaries to represent themselves and their environment to the tsarist state. Because tsarist officials were uncertain of what the steppe was, and disagreed on what could be made of it, Kazaks were able to be part of these debates, at times influencing the policies that were pursued. By the early 20 th century, though, the tsarist state’s pursuit of a policy of mass peasant colonization of the steppe region closed this space for debate. The same local knowledge that Kazak intermediaries had used to negotiate tsarist rule became, with this, a language of resistance.RUS:Огромная Российская империя всегда испытывала проблему при получении актуальных и полных знаний о своих подданных, особенно если речь шла о  фронтире, населенном Другими. Историк Ян Кэмпбелл рисует картину взаимоотношений между центром и степной казахской периферией и показывает, что эта часть света была настолько непонятна царским чиновникам, а знания о регионе были столь необходимы империи, что помощь местных посредников оказалась незаменимой. Порой эти посредники оказывались способными даже влиять на всю политику русской колонизации. В других случаях империя была полностью уверена в контроле ситуации и в результате принимала губительные решения с далеко идущими негативными последствиями. Обо всех перипетиях этих сложных взаимоотношений окраины и центра — в новой книге известного американского историка.

ENG:This book investigates the connections between knowledge production and policy formation on the Kazak steppes of the Russian Empire. Tsarist officials were desperate to obtain reliable information about the unfamiliar environment and population of the steppe. This thirst for knowledge created opportunities for Kazak intermediaries to represent themselves and their environment to the tsarist state. Because tsarist officials were uncertain of what the steppe was, and disagreed on what could be made of it, Kazaks were able to be part of these debates, at times influencing the policies that were pursued. By the early 20 th century, though, the tsarist state’s pursuit of a policy of mass peasant colonization of the steppe region closed this space for debate. The same local knowledge that Kazak intermediaries had used to negotiate tsarist rule became, with this, a language of resistance.RUS:Огромная Российская империя всегда испытывала проблему при получении актуальных и полных знаний о своих подданных, особенно если речь шла о  фронтире, населенном Другими. Историк Ян Кэмпбелл рисует картину взаимоотношений между центром и степной казахской периферией и показывает, что эта часть света была настолько непонятна царским чиновникам, а знания о регионе были столь необходимы империи, что помощь местных посредников оказалась незаменимой. Порой эти посредники оказывались способными даже влиять на всю политику русской колонизации. В других случаях империя была полностью уверена в контроле ситуации и в результате принимала губительные решения с далеко идущими негативными последствиями. Обо всех перипетиях этих сложных взаимоотношений окраины и центра — в новой книге известного американского историка.

ENG:This book investigates the connections between knowledge production and policy formation on the Kazak steppes of the Russian Empire. Tsarist officials were desperate to obtain reliable information about the unfamiliar environment and population of the steppe. This thirst for knowledge created opportunities for Kazak intermediaries to represent themselves and their environment to the tsarist state. Because tsarist officials were uncertain of what the steppe was, and disagreed on what could be made of it, Kazaks were able to be part of these debates, at times influencing the policies that were pursued. By the early 20 th century, though, the tsarist state’s pursuit of a policy of mass peasant colonization of the steppe region closed this space for debate. The same local knowledge that Kazak intermediaries had used to negotiate tsarist rule became, with this, a language of resistance.RUS:Огромная Российская империя всегда испытывала проблему при получении актуальных и полных знаний о своих подданных, особенно если речь шла о  фронтире, населенном Другими. Историк Ян Кэмпбелл рисует картину взаимоотношений между центром и степной казахской периферией и показывает, что эта часть света была настолько непонятна царским чиновникам, а знания о регионе были столь необходимы империи, что помощь местных посредников оказалась незаменимой. Порой эти посредники оказывались способными даже влиять на всю политику русской колонизации. В других случаях империя была полностью уверена в контроле ситуации и в результате принимала губительные решения с далеко идущими негативными последствиями. Обо всех перипетиях этих сложных взаимоотношений окраины и центра — в новой книге известного американского историка.